Освобождение шпиона - Страница 13


К оглавлению

13
* * *

— Очень хорошо. Даже скорее, чем обещали. Приятно иметь дело с профессионалом, — отозвался Слава со своего водительского сидения.

Флешка просто растворилась у него в руке, как у фокусника, Семга и не заметил, куда он ее спрятал.

Сегодня Слава прикатил на встречу на «гольфе», и прокатная контора другая. Отрыжкой не воняет. Но запах трубочного табака тот же — кисло-сладкий, с черносливом.

— Какие-нибудь сложности были?

— В общем-то, никаких, — сказал Семга.

На работе все было тихо, Томашевская и не вспомнила, что он торчал в кабинете у Гуляева, по крайней мере виду не подавала.

— А вообще как обстановка вокруг? Соседи, сослуживцы, девушки…

Семга напрягся. «Неужели они прознали про Наташку?!»

— Все нормально. А девушка моя, так… Болтала просто под горячую руку…

— Что? — спросил Слава. — Что она болтала?

«Точно, прознали! Может, они мне „прослушку“ поставили?»

Семга помялся, но деваться было некуда.

— Во время ссоры стала орать, что я секреты государственные продаю, отсюда, мол, и деньги появились…

Некоторое время Слава молча рулил по Кутузовскому, будто не расслышал.

— И что? — спросил он, наконец.

— Что они все кричат в скандалах… Милицией грозилась, ФСБ, — нехотя признался Семга. Он уже жалел, что затронул эту тему.

— Фэ-эс-бэ, — задумчиво повторил Слава, округляя губы, будто пробовал каждую букву на вкус. Лицо у него вытянулось — видно, буквы были пронзительно-кислыми. Или очень солеными.

— Но мы давно помирились, все пучком у нас, — торопливо добавил Семга. — Она все забыла…

Слава снова замолчал на некоторое время.

— Вы с ней говорили о нашей работе?

— Нет, вы что! Ни слова, ни полслова. Ни намеков, ни-ни.

— Может, во время интимной близости? Игры всякие…

— В шпионов, что ли? — Семаго усмехнулся. — Нет. Вряд ли бы это Наташке вставило…

— Значит, речь идет о Наталии Колодинской? — Слава пристально смотрел на него в зеркало.

— Конечно, о ком же еще? Я с ней давно живу. А откуда вы про нее знаете? — насторожился Семга.

— Ну, а как же, Сергей Михайлович, я все про вас обязан знать. Чтобы в любой момент помочь, подстраховать. Ну, помирились и, слава Богу. Главное, не обострять отношений, живите дружно…

Слава впервые обернулся к Семге, улыбнулся широко, дружески.

— В этом мире нет ничего важнее любимого человека… Ни-че-го! — провозгласил он с неожиданным подъемом. — Работа, деньги, карьера — все суета! Верьте мне! Любимый человек, вот ради чего стоит жить и умирать! Это я вам как старый холостяк говорю!

Слава рассмеялся и смеялся долго, со вкусом. А Семга до самого конца поездки, не переставая думал, что он всем этим хотел сказать.

Глава 3
Тайны «Минуса двести»

Московские подземелья

В добротном, возведенном еще в шестидесятые годы коллекторе арбатской теплотрассы произошло обрушение. Точнее, вначале лопнула труба, и кипяток несколько дней под давлением бил из трещины во все стороны, отчего случилась просадка грунта, потом провалился кусок квадратной трассы — два на два метра, обложенный специальным обожженным кирпичом, рассчитанным на века. Но и такой замечательный кирпич не может висеть без опоры, поэтому часть коридора ссыпалась красными прямоугольниками в непроглядную черную бездну. И на поверхности, прямо на Арбате, в асфальте образовалась воронка, диаметром четыре метра, куда косо съехал грузовик-мусороуборщик.

Дело, как говорится, житейское — горячую воду перекрыли, грузовик извлекли без особых потерь, на место происшествия съехались представители коммунальных служб, МЧС, милиции, и поскольку провал случился не в Черемушках, а в самом сердце Москвы, напичканном правительственными спецкоммуникациями, экранированными кабелями ВЧ-связи и другими важными артериями и венами, от которых зависела государственная безопасность, то прибыли и представители специальных служб, которые эту самую безопасность обеспечивают.

В такой роли выступили командир спецвзвода «Туннель» майор Синцов по прозвищу Леший и боец подразделения Пыльченко по прозвищу Палец. Выглядели они неприметно — в темно-синих комбинезонах, касках, с широкими поясами и мотками страховочного троса. Их можно было принять за подземных монтажников, хотя знающие люди могли определить, что для обычных работяг у них слишком дорогое и качественное снаряжение. Но особо знающих здесь не было, а если и были, то занимались своими делами и не отвлекались на праздное изучение чужой амуниции. Вокруг воронки столпилось много любопытных, они заглядывали в провал, светили фонариками, некоторые, цокая языками, говорили, что такого кирпича давно не выпускают, и если ночью вывезти пару грузовиков, то на даче он очень и очень пригодится.

Коммунальщики расчистили воронку и начали обследовать теплотрассу, прикидывая, как минимизировать причиненный аварией ущерб. А «монтажники» незаметно юркнули в нижнюю дыру, дав понять, что их интересуют более глубокие горизонты. Через некоторое время они вернулись, но подписывать общий акт не стали, а испарились так же незаметно, как и появились. Зато дальнейшие события развивались отнюдь не по обычному сценарию, и чувствовалось, что в их ход вмешалась длинная и могущественная рука того ведомства, которое испокон веку зовется «Конторой».

К вечеру коммунальщиков, эмчээсников и милицию как ветром сдуло, не говоря о праздных зеваках, которых сдуло ураганом. Подтянутые, коротко стриженые парни в темно-синих комбинезонах спустили в провал несколько мощных рефлекторов. Сперва там что-то искрило и коротило, но к моменту прибытия основной группы светильники уже работали, издавая резкую пластиковую вонь. Сквозь оцепление пропускали только своих, поэтому у любопытных граждан без служебного удостоверения в кармане не было никаких шансов.

13